В поиске нового…

27 апреля.  За окном и снег, и дождь…

Я изъявила желание возглавлять школьную газету..  Сейчас нахожусь в поиске новых идей: как сделать газету лучше, читаемой.  Может у вас, Читатели,  есть опыт работы в школьной редакции, интересные задумки?    Надеюсь, на отклик…

Хочу быть ближе к своим корням…

25 апреля. Вечер.
«…..лишь только этим летом (2009г.  на проекте Jugenddorf, Алтай) я осознала, почувствовала причастность теперь уже и к своему немецкому  народу. Я гордо могу сказать: «Я – российская немка. Я – носитель своей культуры, языка, традиций. Я – маленькая частица того большого, того  малого  народа». Осознаие себя, своего народа во много перевернуло меня, мою жизнь. И теперь конечно, если бы я писала книгу своей жизни, то первая глава была бы посвящена… моим истокам, моим предкам.  »Семья» – семь я, т.е. чтобы знать себя, нужно знать 7 поколений…
Изредка, мыслями пробираясь к прошлому, я перебираю поблекшие от времени фотографии, на которых на меня смотрят глубокие глаза неизвестных,  но родных мне людей. Я знаю о своих немецких корнях не так много, как хотелось бы… Но верю, что шаг за шагом я буду
все ближе на путик истории моей семьи, к судьбам моих предков…
Я хочу поделиться тем, что уже известно мне..

Одной из старинных фотокарточке более 50 лет, но в нашем семейном альбоме она появилась лишь 6 лет назад вместе со множеством других. Снимки связаны с нашими немецкими корнями, и стоят за ними печальные события. Долгое время они были спрятаны от посторонних глаз у моей бабушки, так как она видела, как трудно живется немецким ребятишкам, и старалась скрыть немецкие корни своих детей. Часто ее сын (мой папа) маленьким прибегал в слезах и в недоумении: почему его называют «фашистом»? А далее у нее появился страх, что он может эмигрировать в Германию вместе с родственниками отца. Вплоть до 1990-х годов принадлежность к немецкой национальности приносила папе немало хлопот – постоянный контроль со стороны государственных структур и во время службы в Советской Армии (к нему был приставлен его же товарищ, чтобы сообщать о его поведении, передвижении), и на месте постоянной регистрации уже здесь, в Удмуртии.
Ушли из жизни люди, так и не успев раскрыть историю семьи, а те, кто мог бы прояснить ситуацию, давно покинули страну.
Но все-таки я знаю, что на этой фотокарточке моя прабабушка Матильда (баба Мотя) со своими внуками Эриком (моим дедом – крайний справа), Федей и Галиной. Позади них раскинулись просторы казахстанских степей – земли, печально известной как Степлаг, где томились тысячи невинно осужденных, куда ссылались объявленные неблагонадежными корейцы, немцы, чеченцы, греки, ингуши.
28 августа 1941 года Президиум Верховного Совета СССР издал указ о выселении немцев из Поволжья. В нем российские немцы обвинялись в активной поддержке германских войск. 340 000 человек были размещены в вагоны, предназначенные для перевозки скота, и в нечеловеческих условиях отправлены в Казахстан и Сибирь. Были среди них Фрейзе (Фрезе) – прабабушка Матильда с семьями своих дочерей. Они были потомками немцев, переселившихся в Россию еще при Екатерине 2.
Судьбы депортированных немцев мало отличались друг от друга. Семьи определялись в убогие временные пристанища и были подчинены строгому надзору органов государственной безопасности (спецкомендатуры). Мужчины и женщины до 60 лет призывались в трудармию, где с ними обращались, как с предателями родины. Условия, в которых должны были жить и работать трудармейцы, по жестокости не уступали тем, в которых содержали уголовников. Но и в таких тяжелых условиях люди могли радоваться жизни: верили, любили, играли свадьбы. Немцы держались друг за друга, поддерживали свою культуру и свой язык. Мой папа до сих пор вспоминает, с каким удовольствием он убегал из дома к бабе Моте. Ее дом находился на месте старых горных выработок, которые чем-то напоминали землянки. Дома всегда было уютно, чисто и пахло жареными семечками. Она практически не знала русского языка и всегда разговаривала на немецком. Потеря родных мест в Запорожье, долгие 14 лет унижений, потеря родных людей не сломили эту хрупкую немецкую женщину.
«Россию молю, мою родину: верни в свое лоно меня», – писал поэт из депортированных немцев в 1949 году в Степлаге. Только в 1955 году немцы были реабилитированы.
Печальны судьбы Эрика (моего деда) и его брата Феди, которые ушли из жизни очень рано. Эрик в 33-летнем возрасте трагически погиб на шахте, когда моему папе было всего 1,5 года. Много молодых людей, таких же, как мой дед, погибли в шахтах и лежат в казахстанской степи. Заросли их могилы, потому что ухаживать за ними было некому – для многих немцев эта земля не стала родной, они предпочли покинуть страну, оставив лишь могилы. Также покинула страну жена Феди – Фрида с четырьмя детьми в 1980 году: Россия временно открыла границу в честь Олимпиады, и Фрида с большим трудом получила разрешение на выезд в Германию. О судьбе Галины нам пока известно мало.
Жизнь движется вперед, но ничто не властно над человеческой памятью – она вечна. В суверенном Казахстане, на родине моего папы, ежегодно 31 мая проходит траурный митинг в джезказганском парке «Наурыз». Здесь собираются пострадавшие от сталинского геноцида, члены их семей, общественность города, молодежь….
Снова и снова перебираю черно-белые фотографии. Многие из них пока безымянны, но я уверена, что со временем у каждого снимка будет своя история. С каждой такой историей я стану богаче и ближе к своим корням.

На новом гребне волны…

Сегодня 24 апреля. Вечер. Здравствуй, мой новый электронный друг. Меня зовут Кристина. Раньше мне никогда не случалось вести ход своих мыслей, размышлений в электронном мире.… Немного странное ощущение испытываешь, зная, что тебя могут прочитать, узнать о тебе,… Но тем вместе и интереснее. Возможно, это первая ступень, проба, ввести читателей по ту сторону экрана в круговорот своей жизни, попытка сказать, поделится… Управлением блога мне, как человеку не очень сближенной с интернетом, трудно разобраться.… Хочется всего и сразу, а так нельзя, поэтому скажу – постепенно все будет, обязательно будет.
Каждый из нас о чем-то думает, анализирует, сравнивает, мечтает, критикует. Я не исключение. В моем мозговом источнике часто бывает кавардак, хаос – и там каждый раз приходиться разбираться: сортировать, укладывать, прятать, выкидывать, упорядочивать.
Приятно чувствовать, что я в новом мире буду не одна… хочется верить, что мой мир будет интересен многим, станет, возможно, пристанищем новых кораблей, путников, ищущих освежающий фонтан воды, то есть вас, Читателей.

..дождь…